главная история авиации авиация второй мировой
   Гидроавиация Люфтваффе на Востоке
             
         n Роман Ларинцев,
            Александр Заблотский
 



Когда в 1915 году русские гидропланы сбросили свои бомбы на турецкий пароход "Ирмингард", никто и предполагать не мог, что через три десятка лет воздушная угроза станет самой главной опасностью для кораблей флотов всего мира. Особенно это относится к боевым действиям флотов во время Великой Отечественной войны, где классические морские сражения были редчайшим исключениям, а основной ударной силой противников стала авиация. Правда, в многочисленных публикациях посвященных войне на море в 1941-1945 гг. речь, прежде всего, идет о машинах берегового базирования, оставляя "за скобками" гидросамолеты которые наравне с другими несли боевую вахту. Поэтому мы хотим отчасти заполнить этот пробел и попробовать рассказать об использовании на советско-германском фронте гидроавиации нашего основного противника - ВВС Германии.

В годы Второй мировой войны подразделения морской авиации Люфтваффе решали следующие основные задачи:

  • ведение тактической и оперативной разведки в интересах Кригсмарине;

  • поиск подводных лодок противника, в том числе и при непосредственном охранении конвоев;

  • поиск и спасение экипажей потопленных кораблей и сбитых самолетов.

Естественно, что развитие ситуации на фронтах заставляла решать и множество других задач, но вышеперечисленные были основными на всем протяжении боевых действий.

В начале войны немцы попытались использовать гидросамолеты, в частности поплавковые торпедоносцы Не-115, для ударов по конвоям противника, но истребители и зенитки союзников быстро показали существенную разницу между Первой и Второй мировыми войнами.

Для решения поставленных перед морской авиацией задач авиационной промышленностью Германии были разработаны и серийно строились несколько типов поплавковых гидросамолетов и летающих лодок. При этом, производство гидросамолетов в течение войны осуществлялось на стабильном и достаточно высоком уровне. Строевые части получали от промышленности машины, имевшие высокие тактико-технические характеристики, такие как хорошо вооруженные катапультные и базовые разведчики "Арадо-196" или обладавшие большой продолжительностью и дальностью полета дальние морские разведчики "блом унд фосс-138". Поисково-спасательная служба комплектовалась летающими лодками типа Do-24.

К началу войны против Советского Союза германское командование сосредоточило в Прибалтике силы 1-го Воздушного флота. В составе этого флота находилось специально созданное "Авиационное командование Балтийского моря" под руководством подполковника В. Вильда. Основной ударной силой соединения была 806-я бомбардировочная группа. Кроме того, Вильду подчинялись: штаб и три отряда 125-й разведывательной группы, оснащенные гидросамолетами Не-60, Не-114 и Ar-95, а также 9-й поисково-спасательный отряд на машинах Не-59. Базировались гидросамолеты в Пиллау и Фишхаузене.

Эта, не слишком большая (и заметим, довольно "антикварная" по материальной части) группировка гидроавиации просуществовала на Балтике непродолжительное время. Уже осенью немецкие "гидропланные" отряды, за исключением подразделений поисково-спасательной службы, были переброшены на Север и Черное море. В какой-то степени это, наверное, было связано с рисовавшейся перспективой "исчезновения" Краснознаменного Балтийского флота. Как известно, данный прогноз не оправдался, и гидроавиация на Балтике была возрождена, но теперь в "эрзац-варианте". Самолеты старых типов из убывающих на другие театры частей были переданы в подразделения новой 127-й группы (точнее одного отряда, получившего номер 15./127), укомплектованной эстонскими летчиками. В базах Западной Балтики продолжали базироваться "арадо" из состава отряда 1./196. При необходимости эти машины привлекались к борьбе с силами КБФ. В частности, гидросамолеты вели поиск советских подводных лодок, как в открытой части моря, так и в Финском заливе.

Длительное время эстонская группа была единственным подразделением гидроавиации противника на востоке Балтике. Возможно, эта ситуация и не изменилась бы, если бы Советская армия не вышла к рубежам Прибалтики. Исход войны для довольно многочисленных прибалтийских эсэсовцев и тому подобных вояк стал предельно ясен, а в Сибирь им особо не хотелось. Поэтому после нескольких случаев угона самолетов в Швецию немцы расформировали эстонскую группу. По времени этот процесс совпал с выходом подводных лодок КБФ на просторы Балтики, поэтому задачи противолодочной борьбы вышли на первое место. К их решению была привлечена 126-я морская разведывательная группа, до этого находившаяся на Средиземном море, а общее руководство морской авиацией было возложено на авиационное командование Fliegerfuhrer 6. На 14 января 1945 года ему подчинялись три отряда и штаб 126-й группы, 60-я группа ПСС, а со 2 февраля и 1./MSGr1. Эти части базировались на Пиллау, Буг (о.Рюген) и Дивенов (Померания). После того, как подводная лодка С-13 потопила "Вильгельм Густлов", было принято решение оснастить отряд 1./126 самолетами Ме-410 с бортовой РЛС типа FuG200 "Hohentwiel". Есть косвенные данные, подтверждающие, что это мероприятие было осуществлено.

Однако все это будет позднее, а пока вместе с продвижением частей Вермахта, на Восток перемещалась и поисково-спасательная служба. На 13 сентября 1941 года самолеты 9.SNSt базировались в Пярну, Риге, Хапасалу и Хельсинки. Летом 1942 года спасательная служба на Балтике была разделена на два округа. Первый - SBK VI, размещался в порту Буг на о-ве Рюген. Второй - SBK VII, в Риге. Граница между ними проходила по 26 градусу восточной долготы. Впрочем, самолеты 9-го отряда оперативно подчинялись обеим округам. На 20 июня 1942 года отряд ПСС имел в своем составе три "дорнье-24", девять "дорнье-18", четыре Не-59, Не-60, а также два Ar-196. Осенью 1944 года была проведена реорганизация поисково-спасательной службы и на Балтике появилась Seenotgruppe 60.

Два Не-59 в 1943 году были переданы финнам. Предполагалось, что они также будут выполнять задачи поиска и спасения на море. Использовались ли они в таком качестве не известно. А вот потеряны оба "хейнкеля-59" были при выполнении специальных задач (диверсионно-разведывательного характера). Первый потерпел аварию 2 августа 1944 года в районе Большого Медвежьего озера в Карелии. Второй через одиннадцать дней, 13 августа, сбили советские истребители в северной части Ладожского озера. Один из пилотов погиб, а два попали в плен.

К сожалению, имеющаяся информация о боевой деятельности немецкой гидроавиации на Балтике довольно отрывочна. Можно только с уверенностью сказать, что в первую военную кампанию гидросамолеты 125-й группы не простаивали без дела. Об этом говорят зафиксированные в немецких сводках потери. Ниже приводятся известные случаи повреждений и гибели немецких гидросамолетов в 1941 году.

Уже на третий день войны был потерян Не-60 из отряда 1./125 (зав. ╧2507). Его по ошибке сбили зенитным огнем собственные тральщики. Экипаж не пострадал.

25 июня разбился Ar-95 из 3-го отряда (зав. ╧2352). На этот раз в катастрофе вместе с самолетом погибли и пилоты.

4 июля в районе Либавы в бою с советскими гидросамолетами был сбит Аr-196 из 2./125. Машина имела заводской номер 0122. Экипаж не пострадал. Если учесть, что "арадо" по своим тактико-техническим характеристикам "на голову" превосходил МБР-2, то можно только восхищаться героизмом и мастерством советских летчиков.

6 июля еще одна потеря по техническим причинам. На этот раз в районе Шварцорта разбился Аr-196 из 2./125 (зав. ╧045). Самолет восстановлению не подлежал.

12 июля один из гидросамолетов 1./125 был атакован и поврежден над Ханко истребителем. В бою получил ранение штурман.

17 июля над Рижским заливом советские истребители повредили Аr-95 из 3./125 (зав. ╧2347). Повреждение было отнесено к разряду легких (10%), но был также ранен штурман.

А вот на следующий день "арадо-95" опять из состава 3./125 повезло значительно меньше. В воздушном бою над Рижским заливом гидросамолет был сбит, правда, экипаж спасся.

23 июля возвращавшиеся после удара по Турку истребители Ханковской авиационной группы проштурмовали два гидросамолета, сидевшие на воде у причала гидробазы Руиссало. У Не-114 из 1./125 (борт. 7R+HH) был пробит поплавок и машина, сильно накренясь, полузатонула. Пострадал также поисково-спасательный Не-59 (зав. ╧2584, борт. DK+BS).

30 июля Аr-95 из состава 3./125 (зав. ╧2354) был поврежден истребителем у п-ова Сворбе. По немецкой шкале потеря оценивалась в 15%, ранен штурман.

На следующий день там же пострадал Аr-196 из 2-го отряда 125-й группы (зав. ╧117). И опять ранен штурман.

2 августа над Рижским заливом истребителями был сбит "арадо-196" из отряда 2./125 (зав. ╧0093). Оба пилота пропали без вести.

На следующий день над Ирбенским проливом третий отряд группы потерял в катастрофе Аr-95 (зав. ╧2345). Опять не повезло штурману - он погиб.

4 августа снова боевая потеря. 125-я группа лишилась Do-18D-3 (зав. ╧0728, борт. CO+VA), сбитого в воздушном бою у о-ва Рухну в Рижском заливе. Погиб весь экипаж - четыре человека.

27 августа документы Бундесархива сообщают о потере летающей лодки BV-138 (зав. ╧0048). Самолет был сбит в районе Ханко советскими истребителями. Один член экипажа погиб. Это, несомненно, первый "летающий башмак", сбитый авиацией нашего флота в годы войны.

9 сентября 125-я группа потеряла Не-114 (зав. ╧253). Машина разбилась из-за ошибки пилота. Потеря - 75%. Экипаж не пострадал.

15 сентября над Моонзундом огнем зенитной артиллерии был поврежден Не-114В-1 из 1./125 (зав. ╧2572). Повреждения оценивались как средней тяжести (30%).

Последний эпизод с участием немецких гидросамолетов в 1941 году также связан с Моонзундскими островами. Над ними 22 сентября советские истребители легко повредили Не-114В из 1./125 (зав. ╧2550).

Как видно из вышеизложенного, в первый военный год германская гидроавиация действовала на Балтике достаточно активно, однако и противодействие советской стороны было довольно сильным. Из десяти безвозвратно потерянных противником гидросамолетов пять было уничтожено в воздушных боях.

В кампанию 1942 года гидроавиация немцев действовала в куда более комфортных условиях. Полеты совершались, как правило, в районах, где в воздухе господствовала своя авиация. Советские подводные лодки при появлении самолетов противника немедленно погружались. Поэтому вероятность гибели в бою для гидросамолетов 127-й группы была практически равна нулю. Действительно, в документах зафиксирован только один потерянный "эстонский" Не-60Е. Самолет имел заводской номер 1435 (борт. DD+UU) и погиб 11 октября вместе с пилотом у о-ва Гогланд. Правда, в немецких документах отражена потеря в один день двух гидросамолетов отряда 1./196. Согласно им 18 июня 1942 года в Финском заливе пропали без вести вместе с экипажами два "арадо-196". Один имел заводской ╧0137 (борт. Т3+ВХ), второй ╧0145 (борт. Е3+ХG). Однако, эта информация пока никак не комментируется с советской стороны. Еще одна машина этой части была потеряна в катастрофе 14 июля. "Арадо" с заводским номером 0188 и два летчика погибли недалеко от Таллина.

К сожалению, информация по действиям немецко-эстонской гидроавиации на Балтике в 1943 году еще менее достоверна. По некоторым данным, в этом году, 127-я группа при действиях в Финском заливе не имела боевых потерь. По крайней мере, сводки потерь этой части не сообщают о таковых ни в 1943, ни в 1944 годах.

Следующий 1944 год принес коренное изменение обстановки на Балтийском море. Советский флот начал серьезно претендовать на господство в Финском заливе. Впрочем, работы первоначально добавилось в основном экипажам машин поисково-спасательной службы. Так 18 августа "дорнье-24" спасли 91 моряка с погибших на собственном минном поле в Нарвском заливе трех германских миноносцев.

Пятого июня 1944 года над Финским заливом разгорелось настоящее воздушное сражение. Почти три десятка пикирующих бомбардировщиков Ju-87 под прикрытием истребителей попытались нанести удар по советским тральщикам. Огнем зенитной артиллерии и истребителями ВВС КБФ были сбиты несколько самолетов противника. Наши потери составили три Ла-5. Один из немецких летчиков сумел покинуть свою сбитую машину и приводнился в зоне видимости советских береговых постов, в районе банки Вигрунд. С целью его пленения в море вышел охотник БМО-510. Однако советский корабль опередил гидросамолет Dо-24Т-3 (зав. ╧1075, борт. DT+HA) из 2-го отряда ПСС, пилотируемый обер-фельдфебелем Матиасом Обельсом. "Дорнье" прикрывали четыре FW190. Гидросамолет сумел подобрать плававшего летчика, но в этот момент группу атаковала пара Ла-5 из состава 3-го гвардейского иап. Лейтенант А. Потемкин тремя последовательными атаками сбил Do-24. Пятеро членов экипажа пропали без вести, а в живых остался только бортмеханик Анри Даннемарк, бельгиец по национальности. Он был подобран другим гидросамолетом. Неугомонный бельгиец, не смотря на солидный возраст, все-таки сумел более чем через полвека разыскать летчика, сбившего его самолет.

После того, как советские войска вышли к побережью Балтийского моря (а советские субмарины появились на просторах Балтики), участились случаи нападений истребителей на гидросамолеты, выполнявшие задачи ПЛО. Немецкий "Дневник руководства войной на море" зафиксировал два таких случая в ноябре 1944 года. 17 ноября недалеко от Либавы был сбит "арадо-196", выполнявший противолодочный поиск. По советским данным в этот день пара истребителей Як-9 15-го омрап, выполнявшая разведывательный полет в средней Балтике, последовательно сбила целых два гидросамолета. Один, типа "блом унд фосс-138", в районе севернее м. Брюстерорт, второй типа "арадо-95" недалеко от маяка Ужава. Вероятно, последний и был самолетом, упомянутым в немецком документе. Почти совпадают советские и немецкие сведения относительно эпизода, произошедшего 22 ноября. В этот день в 09:20 два штурмовика 8-го гвардейского шап в 60 милях западнее Мемеля атаковали и сбили гидросамолет противника. По немецким данным, летающая лодка BV-138 была лишь повреждена. Вполне вероятно, что гидросамолет, летевший на высоте всего 50 метров, сумел после атаки благополучно приводниться.

В не всякого сомнения, что в 1945 г. гидросамолеты Люфтваффе задействованные не только по своему прямому назначению, но и для эвакуации многочисленных "котлов", не раз подвергалась атакам советских летчиков. Однако документальных данных об этих эпизодах у авторов нет.

Поднимемся теперь на десяток градусов севернее. В июне 1941 года на заполярном фланге Восточного фронта немецкую гидроавиацию объединял штаб Kustenfliegrgruppe 706 (KuFlGr706), которому подчинялись отряды 2./406, 3./406 и 3./906, оснащенные в основном самолетами "дорнье-18". Численность гидросамолетов на Северном театре быстро росла, пропорционально вниманию, которое германское верховное командование уделяло морской войне в Заполярье. На Севере появились несколько отрядов, оснащенных поплавковыми торпедоносцами Не-115. Части перевооружались новыми дальними разведчиками BV-138, особенно необходимыми в условиях северных просторов. К 20 мая 1942 года в составе 5-го Воздушного флота числилось семь отрядов гидроавиации, имевших 55 самолетов. А к 20 октября 1943 года эта группировка достигла своего максимума в восемьдесят машин, из которых 63 были боеготовыми. Осенью 1943 года все отряды, оснащенные BV-138, были сведены в две дальнеразведывательные группы - 130-ю и 131-ю.

Но, следует отметить, что эта довольно мощная группировка гидроавиации использовалась, в первую очередь, в зоне ответственности наших союзников. В восточной части Баренцева моря действовали лишь немногочисленные разведчики и самолеты поисково-спасательной службы. Так на 31 мая 1943 года в составе Luftflotte 5 (Ost) имелось восемь боевых гидросамолетов и тринадцать поисково-спасательных машин. Специфичной задачей для немецкой гидроавиации на Севере стало обеспечение проводки конвоев в порт Петсамо через зону артиллерийского огня советских береговых батарей, расположенных на полуострове Средний. В рамках операции "Иоланта" гидросамолеты, в основном He-115, только летом 1943 года совершили 87 вылетов для постановки дымовых завес на подходах к Петсамо-фьорду.

Немцам достаточно долго удавалось избегать боевых потерь в гидросамолетах, поэтому первая такая машина на Севере была уничтожена советскими летчиками только 14 августа 1942 года. Им оказался опытный поплавковый гидросамолет Ar-199V-2 (зав. ╧3673, бортовой NH+AM). С обстоятельствами потери этой машиной связана почти детективная история.

Итак, в десятых числах августа 1942 года на аэродром, где базировался 13-й отряд эскадры JG5, прибыл зондерфюрер Кунке, военный корреспондент из Берлина. Естественно, что его появление не вызвало особого энтузиазма у местного начальства, однако корреспондент имел так называемый "красный пропуск" ("Roten Ausweis"), открывавший ему доступ практически к любым, даже секретным материалам и операциям. Поэтому, не очень охотно, но летчики вынуждены были взять Кунке с собой на боевое задание. 13 августа десять "мессершмиттов-110" вылетели на сопровождение бомбардировщиков, наносивших удар по аэродрому Мурмаши. В этом вылете зондерфюрер был прикомандирован к экипажу лейтенанта фон Рабенау. После выполнения основного задания, звено "110-х" под командованием будущего аса Тео Вайссенбергера отделилось для свободной охоты. В результате неосмотрительности пилотов, самолет Рабенау оторвался от остальных и в этот момент был атакован шестью "Киттихауками". Попадание в двигатель вынудило Рабенау отдать приказ экипажу покинуть самолет. Сам лейтенант попытался посадить машину в районе к северо-востоку от Урд-озера. Однако в момент вынужденной посадки Bf-110 взорвался. Благополучно приземлившийся на парашюте стрелок-радист самостоятельно, совершив трехдневный марш по тундре, смог выйти к своим.

Однако за линией фронта оставался военный корреспондент, за которого, попади он в советский плен, сполна бы досталось, как говориться "и правым и виноватым". Поэтому вышестоящее командование приказало как можно скорее найти и вывезти Кунке. Два экипажа выполнили шесть вылетов и 14 августа обнаружили зондерфюрера в целости и сохранности недалеко от места падения "мессершмитта". Ему были сброшены аварийные пайки и вымпел с указанием выходить на Урд-озеро, откуда планировалось эвакуировать незадачливого "писателя". Из Киркенеса за Кунке вылетел "арадо-199", числившийся в 10-м отряде ПСС. На борту находился стрелок-радист одного из Bf-110, участвовавших в поиске. Он должен был помочь пилоту "арадо" точнее выйти к точке "рандеву". Однако в назначенном месте корреспондента не оказалось. Как выяснилось, зондерфюрер просто перепутал озера. Впрочем, сопровождавшие спасательный самолет "110-е" быстро нашли Кунке. "Арадо" пошел на посадку. Но когда казалось, что все позади и спасательная операция подошла к концу, из облаков неожиданно вынырнули два советских МиГ-3. Короткая очередь прошлась по двигателю и поплавку. Гидросамолет медленно лег на борт. Теперь в советском тылу находились уже четыре потенциальных кандидата в военнопленные. К счастью для немцев, наступившая непогода позволила им оторваться от преследования и благополучно добраться до немецких частей. К сказанному можно добавить, что в 1994 году редкостная машина была вывезена из России в Англию, а оттуда в США.

Три следующие потери были связаны с проведением широко известной операции "Вундерланд". Обеспечение рейдера свежими разведывательными данными, а также разведка погоды было возложено на подводные лодки и летающие лодки BV-138 Люфтваффе. Для ближней разведки "Шеер" использовал свой бортовой гидросамолет-разведчик типа "Арадо-196". "Арадо" был разбит при неудачной посадке после одного из разведывательных полетов, а два "Блом унд Фосса" были потеряны при попытках дозаправиться с подводных лодок. Аналогичная ситуация произошла с двумя такими же машинами и на следующий год в ходе операции "Вундерланд-2". Экипажи самолетов во всех случаях были приняты на борт подводных лодок. Можно предположить, что при передаче топлива с лодки на самолет в горючее попадала вода, что и становилось причиной отказа двигателя.

Еще один гидросамолет был потерян при выполнении специального задания. 1 сентября 1942 года в районе станции Коноша Северной железной дороги была заброшена разведывательно-диверсионная группа, состоявшая из эстонских националистов. Это был один из пунктов плана, с помощью которого германское командование планировало парализовать работу единственной коммуникации связывавшей Север СССР с центральными районами страны. Два месяца истребительные батальоны и войсковые части, стянутые из близлежащих районов Архангельской и Вологодской областей, охотились на диверсантов. В конце-концов в "Бюро Целлариуса" (подразделении Абвера, ведавшего разведдеятельностью на северном участке Восточного фронта) приняли решение эвакуировать разведчиков. Однако к этому моменту бойцы НКВД плотно сидели на "хвосте" группы. Мало того, радиообмен между разведгруппой и "Центром", судя по современной литературе, уже читался специалистами-дешифровщиками советской контрразведки. Поэтому о посадке на озеро Лача гидросамолета Не-115 руководители поисковой операции узнали одновременно с диверсантами. Ранним утром 22 октября гидросамолет из отряда 1./906 приводнился на озере. Его уже ждали, и не только свои. Недалеко от места посадки в засаде расположился взвод курсантов военного училища. По бредущим по мелководью к гидросамолету "горячим эстонским парням" был открыт огонь из винтовок, а по самой машине из ручного пулемета. Несколько диверсантов успели заскочить в самолет, остальные скрылись в лесу. Поврежденный "хейнкель" пошел на взлет и все-таки смог под огнем оторваться от воды. Однако пулеметным огнем были тяжело ранены командир экипажа К. Хельф, стрелок-радист Г. Ахерн и старший разведгруппы А. Рягастик. Кроме того, пули пробили маслобак левого двигателя. Не удивительно, что через 35 минут машина совершила вынужденную посадку на Юнгозеро, где и была вскоре обнаружена группой чекистов. Трое раненых были добиты своими "камрадами". Диверсанты так спешили, что даже не взяли с собой рацию. Вскоре четверо эстонцев и бортмеханик Не-115 были окружены бойцами НКВД. Немец-бортмеханик застрелился при задержании, а вот "герои борьбы с оккупантами" предпочли сдаться. Была ликвидирована и вторая группа, не успевшая сесть на самолет и отходившая в западном направлении.

Аналогичный случай произошел годом позднее. 10 июня 1943 года в контрразведку 7-й Отдельной армии, занимавшей оборону по восточному побережью Онежского озера, поступило сообщение о заброске финской разведывательно-диверсионной группы. Предполагалось, что группа высадилась с гидросамолета на одном из многочисленных озер в этом районе. На поиск диверсантов были брошены бойцы 31-го отдельного батальона морской пехоты Онежской военной флотилии и 185-й особой стрелковой бригады. Для эвакуации разведгруппы финское командование также использовало гидроавиацию. Однако первая попытка окончилась неудачей. 4 июля гидросамолет Не-115, принадлежавший так называемому "Отряду Малинен", при посадке на одно из озер был обстрелян моряками-онежцами и затонул. Три члена экипажа попали в плен, а сама машина позже была поднята.

Вторым немецким гидросамолетом, достоверно потерянным в боевых действиях против Северного флота, стала летающая лодка-спасатель Do-24Т-3 (зав. ╧0094, борт DJ+ZT) из 5. Seenotstaffel. Эта потеря приходиться на период ожесточенной борьбы за пути снабжения гарнизона Северного оборонительного района летом 1943 года. Утром 5 июня из Порта Владимир в бухту Озерко вышел конвой в составе буксира с баржей в охранении четырех "малых охотников". Почти сразу же он подвергся атакам немецких самолетов, для отражения которых авиация Северного флота выполнила 52 самолето-вылета. В итоге были сбиты шесть "харрикейнов" и один Bf-109. Летчик "мессера" остался жив и сумел перебраться в спасательную шлюпку. Для его эвакуации под солидным прикрытием (по советским данным пять-шесть истребителей) и был послан "Дорнье-24". Однако при попытке сесть на воду гидросамолет скапотировал на траверзе Ура-губы, перевернулся, но не затонул, а продолжал плавать кверху "брюхом". На днище лодки выбрались два уцелевших члена экипажа, унтер-офицеры Г. Рихерт и Х. Вассерманн. К месту катастрофы, невзирая на немецкие истребители, патрулирующие над Мотовским заливом, устремился "малый охотник" ╧ 116 под командованием лейтенанта В.М. Голицына. Храбрый экипаж катера смог отбиться от немецких истребителей, подошел к перевернувшемуся "дорнье" и забрал с него пленных. Так как в условиях постоянных атак с воздуха буксировать трофей было бы неразумно, катерники расстреляли гидросамолет и благополучно ушли в базу.

Вообще, немецкая гидроавиация оказалась поставщиком самого большого количества "языков" для моряков Северного флота. Кроме упомянутого "дорнье" еще один гидросамолет стал "призом" североморцев. 19 октября 1944 года летающая лодка BV-138C-1 из состава 3.(F.)/ SAGr130 с бортовым номером 6J+СL (зав. ╧0135) вылетел на разведку восточной части Баренцева моря. Около четырех часов утра следующего дня наблюдатели с острова Моржовец обнаружили летящий на большой высоте самолет, который выпустил серию цветных ракет и скрылся в западном направлении. Примерно около того же времени радиоразведка Северного флота зафиксировала в этом районе работу неизвестной самолетной радиостанции. В воздух были подняты гидросамолеты МБР-2 из состава 53-го авиационного полка ВВС Беломорской флотилии, которые утром 22 октября обнаружили севшую на воду немецкую летающую лодку в точке, отстоявшей на 27 миль к северу от Моржовца. МБР-ы установили непрерывное воздушное наблюдение за своими неудачливыми "коллегами" и навели на "блом унд фосс" гидрографическое судно "Мгла". "Гидрограф" прибыл к месту вынужденной посадки в 08:30 23 октября. "Спуск флага" и сдача экипажа немецкого дальнего разведчика в плен прошли достаточно мирно. Ценный трофей решили отбуксировать в базу. Этим занялся эсминец "Жгучий", принявший "приз" в два часа ночи 24 октября. К сожалению, вскоре погода начала портиться, летающая лодка стала заполняться водой и, несмотря на все усилия, в 10:23 того же дня затонула. При попытке спасти самолет погиб инструктор политотдела БВФ Житомирский.

Отметим, что от момента аварии до прибытия советского корабля прошло довольно много времени. Можно не сомневаться, что если бы подобное происходило не в разгар ожесточенных боев в Северной Норвегии, немцы скорее всего сумели бы эвакуировать экипаж разведчика.

Однако вернемся чуть назад, к началу 1943 года. Впервые воздушный бой с участием немецкого гидросамолета и советских летчиков произошел 25 апреля 1943 года. В этот день пять торпедоносцев "Хэмпден" и шесть Пе-3 произвели неудачную атаку на немецкий конвой в районе мыса Маккаур. В воздушном бою и огнем зенитной артиллерии были сбиты два Пе-3 и один торпедоносец. Наши летчики доложили об уничтожении гидросамолета Не-115 и двух Ме-110. И действительно, немецкие документы сообщают о факте повреждения в воздушном бою BV-138С-1 из 3./KuFlGr406, из экипажа которого был убит бортмеханик.

В 1944 году состав и задачи сил гидроавиации, действовавшей на Севере, не изменились. Чего нельзя сказать об условиях борьбы в воздухе. Советская авиация перешла к массированному наступлению на море, и это сразу сказалось на потерях противника. 4 марта один гидросамолет был сбит и еще один поврежден в бою с советскими "бостонами" из 118-го разведывательного полка ВВС СФ. На уничтожение летающей лодки Do-24Т-2 (зав. ╧ 0078, борт DJ+ZD) из 5-го отряда ПСС претендует экипаж старшего лейтенанта Колейника. Советские летчики наблюдали падение вражеской машины этого типа, сбитой огнем бортового оружия. Еще один гидросамолет, на этот раз BV-138 из 3.(F)/130 (зав. ╧1030, бортовой 6I+АL), был поврежден в воздушном бою (потеря - 30%) недалеко от м. Нордкап. Донесений от других экипажей о бое не поступало. Однако в этом районе пропал без вести самолет Героя Советского Союза капитана А.М. Вербицкого. Скорее всего, именно он атаковал летающую лодку противника, но в свою очередь был поврежден ответным огнем и вынужденно сел на воду. Наш самолет-разведчик, вылетевший позднее, наблюдал северо-западнее Нордкапа резиновую шлюпку с двумя летчиками.

Следующую потерю "водоплавающая" авиация Люфтваффе понесла 16 мая 1944 года. В этот день ВВС СФ провели серию ударов по немецкому конвою. Противник потерял охотник за подводными лодками и ещё два боевых корабля получили повреждения. В воздушном бою над конвоем был сбит Bf-109G-6 командира III/JG5 капитана Эрлера и еще три "мессера" были потеряны по небоевым причинам. Не сумел увернуться из-под удара советских летчиков и осуществлявший противолодочную оборону BV-138С-1 из 3-го отряда 130-й группы (зав. ╧230113, борт 6I+CL). Самолет сел на воду и затонул в районе м. Эккерей, но его экипаж был спасен. В советских документах ничего не говорится об уничтожении летающей лодки противника, но этот факт подтверждается рядом немецких независимых источников. Можно предположить, что донесение наших истребителей прикрытия о сбитом над конвоем Ме-110 относится именно к описываемому случаю. Чего только в горячке боя не почудится!

Еще об одной немецкой боевой потере сообщает финский историк авиации Ханну Валтонен. Авторитет этого исследователя не подлежит сомнению, поэтому на боевой счет североморцев можно занести еще один "блом унд фосс", сбитый нашим самолетом-разведчиком 10 октября 1944 года. Однако какие-либо подробности этого события отсутствуют.

Таким образом, в 1944 году морская авиация немецкого 5-го Воздушного флота потеряла в результате атак авиации СФ минимум три машины. Еще одна была повреждена и одна захвачена в качестве трофея. Кроме этого, еще два эпизода, напрямую связаны с боевыми действиями. 4 августа 1944 года на стоянке в порту Киркенес при работе с дымовыми авиабомбами погиб унтер-офицер Х. Фишер. Причиной гибели стал взрыв авиабомбы. Этим же взрывом был поврежден Не-115С из отряда 1./406 (зав. ╧2785). По немецкой классификации - 30% повреждения. 12 октября при буксировке в Киркенесе затонул Do-24Т-3 (зав. ╧1132, борт. Р7+IN) из 51-го отряда ПСС. Потерь в личном составе на этот раз не было. В следующем, 1945 году "летающие башмаки" если и залетали в советские воды, то нашим истребителям они не попадались.

На Черном море гидроавиация Люфтваффе к началу войны была представлена только одним 8-м отрядом ПСС, имевшем на вооружении поплавковые гидросамолеты Не-59. Самолеты отряда не только занимались своими прямыми обязанностями, одной из первых подобных операций стало спасение 26 июня советских моряков с погибшего у Констанцы лидера "Москва", но вели морскую разведку и искали советские подводные лодки. В конце июля к ним добавились три "арадо-196", переброшенных со Средиземного моря из состава SAGr126. Позже к ним добавились летающие лодки "дорнье-24". А в начале декабря на юг отправились "освободившееся" на Балтике Ar-196 из 2-го и BV-138 из 3-го отрядов SAGr125. Впрочем, самолеты 2./125 через месяц убыли в длительную "командировку" на Средиземноморье, откуда вернулись только в 1943 году.

Первоначально практически вся немецкая гидроавиация была сосредоточена в одном месте - в румынской Констанце. Постепенно, продвигаясь вслед за частями Вермахта, гидросамолеты Люфтваффе освоили Николаев и Мариуполь (в 1941 году), а затем и гидроаэродромы Крыма. Так, на 1 июня 1942 года немецкие гидросамолеты базировались в Констанце, Ак-Мечети, Таганроге и Багерово. Чуть позже к этому перечню добавились Севастополь и озеро Тобечикское южнее Керчи.

Прежде чем перейти к описанию боевых эпизодов, связанных с использованием немецкой гидроавиации, сделаем небольшое отступление. Долгое время настольной книгой любого уважающего себя исследователя была работа швейцарского историка Ю. Майстера "Война в восточно-европейских водах". В этой книге был раздел, как раз специально посвященный интересующей нас теме. Так вот в нем маститый историк утверждал, что до конца 1943 года немецкие ВВС на Черном море не потеряли в бою ни одного гидросамолета. Следом было помещено красочное описание успехов немецких морских летчиков в сражениях против многочисленных "красных" истребителей. Как оказалось, фактически дело обстояло не совсем так.

Летом 1941 г., пилоты состоявших на вооружении 8-го отряда Не-59, старались, как правило, "на рожон" не лезть и в воздушные схватки не ввязываться. Значительно агрессивнее вели себя экипажи хорошо вооруженных "арадо" , прибывшие в конце июля. Уже 4 августа они сбили в воздушном бою два МБР-2, вылетевших, по нашим данным, на предвечернюю разведку. Шесть советских летчиков попали в плен. Однако если черноморские "амбарчики" по своим характеристикам по всем позициям проигрывали "196-м", то их экипажи не уступали немцам в самом главном - в воле к победе. Шестого октября, Ar-196 (борт. СК+FF) атаковал МБР-2. В завязавшемся воздушном бою сам нападавший самолет был поврежден ответным огнем, а штурман "арадо" получил ранение. Был ли сбит наш гидросамолет, пока точно не известно, хотя немцы заявили об очередной победе.

Первую боевую безвозвратную потерю на Черном море немецкая гидроавиация понесла 2 ноября 1941 года. В этот день над Тендровской косой советскими истребителями были сбиты три транспортных самолета. На спасение их экипажей вылетел Не-59 (борт. SD+WH). На базу он не вернулся и с тех пор числится пропавшим без вести вместе с экипажем.

Всего в 1941 году немцы потеряли на Черном море четыре Не-59 и по одному Do-24 и Ar-196. Однако все машины, кроме потерянной 2 ноября, погибли по небоевым причинам.

Следующий год войны не принес заметного изменения в задачах морской авиации 4-го Воздушного флота Люфтваффе. Изменилась только география их полетов. Теперь вместо низинных берегов Румынии немецкие летчики могли, если конечно вблизи не было советских истребителей, любоваться живописными ландшафтами Кавказского побережья. Не всегда боевые вылеты проходили успешно. Впрочем, чаще всего в 1942 году немецкие гидросамолеты попадали под удары своих краснозвездных противников не в воздухе, а на земле (вернее на воде). Уже 23 марта в Саках был легко поврежден FW-58 (борт. ВВ+SD) из состава 8-го отряда ПСС. В сентябре бомбардировщики ВВС ЧФ нанесли ряд ударов по немецкой гидробазе на озере Тобечикское. 16 сентября в результате налета трех ДБ-3 и трех СБ был поврежден BV-138 из 3./SAGr125. 25 сентября там же осколками авиабомбы был убит бортмеханик одного из "дорнье", а на следующий день летающая лодка Do-24 (борт. СМ+IG) из 8-го отряда ПСС получила повреждения при очередном бомбовом ударе. Попадали гидросамолеты под бомбежки и в других местах. Так, 3 августа, при совместном ударе советских кораблей и авиации по Феодосии, был поврежден осколками спасательный Do-24 (борт. СМ+IQ) из все того же 8-го отряда ПСС.

Боевые же потери немецкой гидроавиации в воздухе в 1942 году были относительно невелики. При выполнении боевого задания пропал без вести BV-138 (зав. ╧ 310068, борт. 7R+АL) с экипажем из пяти человек на борту. Этот эпизод произошел 4 сентября 1942 года. Что случилось с машиной, пока установить не удалось. В доступных нам советских источниках это событие не отмечено. Не известны также подробности воздушного боя в районе Керчи 23 октября, в результате которого на борту ещё одного из "138-х" были ранены два члена экипажа.

В начале 1943 года началось обратное движение фронта с востока на запад и потери немецкой гидроавиации заметно выросли. Причем теперь противник не чувствовал себя в безопасности даже вблизи своих берегов.

Интересный эпизод, если, конечно, наша версия справедлива, произошел 1 августа 1943 года. В этот день два торпедоносца ДБ-3ф из 5-го гвардейского мтап атаковали конвой противника в 10 милях юго-западнее Евпатории. Конвой состоял из трех транспортов и одной самоходной баржи и следовал в охранении четырех румынских и двух немецких боевых кораблей. Сведения о результатах этого удара достаточно противоречивы. Германский "Дневник руководства войной на море" сообщает о сбитом румынскими (курсив наш - авт.) истребителями советском торпедоносце. Румынские источники, напротив, утверждают, что прикрытие конвоя осуществлялось немецкой авиацией. Наконец, отечественная хроника сообщает о сбитом в воздушном бою истребителе Ме-109. Самое интересное, что по сводкам потерь, хранящимся в Бундесархиве, в это день примерно в том же районе был потерян "арадо-196" (зав. ╧73) из отряда морской разведки 1./125. Самолет пропал без вести вместе с экипажем. Не исключено, что в неразберихе боя, гидроплан и был принят за истребитель.

Конечно, воздушные бои гидросамолетов над конвоями были скорее исключением, чем правилом. Поэтому основные потери подразделения 125-й группы и отряда ПСС несли при выполнении боевых заданий у советского побережья. Первой потерей стал BV-138 (зав. ╧310099, борт. 7R+МL), который пилотировал командир 3./125, обер-лейтенант Вальтер Лайтериц. Машина пропала без вести 2 июля в разведывательном полете. На следующий день произошел уникальный случай. При рулежке в севастопольской бухте подорвался на неконтактной мине и затонул другой "блом унд фосс" (зав. ╧ 310069). Все пятеро членов его экипажа получили ранения. И, наконец, 7 июля новая потеря третьего отряда морской разведывательной группы. Не вернулся из полета "летающий башмак" с заводским ╧314 и бортовым номером 7R+CL. Если прибавить к этому разбитый 3 июля в аварии "арадо-196", то эта неделя для немецких морских летчиков явно не задалась!

Не оставались без внимания советских пилотов и машины 8-го отряда ПСС. Утром 16 сентября 1943 года два истребителя ЛаГГ-3 из состава 25-го иап прикрывали наши корабли в районе Новороссийска. В воздушном бою с немецкими самолетами им удалось сбить Bf-110 из состава авиакомандования "Fliegerfuhrer Krim" (зав. ╧5044). Для спасения его экипажа вылетел "дорнье" с бортовым номером CM+IQ. Однако в районе поиска спасатель был атакован четверкой Як-1 из 9-го истребительного авиаполка. Не смотря на ряд проведенных атак, летающая лодка как ни в чем не бывало продолжила свой полет. Поэтому советские летчики сочли свои действия безуспешными, о чем честно и доложили по возвращении своему командованию. В действительности же, в результате обстрела истребителей был убит пилот Do-24, фельдфебель К.-Х. Шульце. От гибели летающую лодку спасла мужество и находчивость штурмана и бортмеханика. Они сумели справиться с управлением и благополучно довели машину до базы.

Немецкая гидроавиация самым прямым образом связана с трагическими событиями "черного" дня Черноморского флота - 6 октября 1943 года. Накануне, для обстрела крымского побережья, вышли три советских корабля: лидер "Харьков" с эсминцами "Беспощадный" и "Способный". Около двух часов ночи отряд был обнаружен немецкой воздушной разведкой и с этого момента находился под непрерывным наблюдением. После завершения обстрела, как обычно не давшего никаких практических результатов, лидер и эсминцы легли на курс ведущий в базу. С рассветом в 06:40 над отрядом появились истребители "Аэрокобра" из 11-го иап. В 08:15 тройка P-40 "Киттихаук" (ведущий - летчик Томашевский) уже из 7-го иап сбили немецкий разведчик. Им оказался BV-138C-1 из состава 1./SAGr125 (зав. ╧130110, борт. 7R+НН).

Небольшое отступление. Наши уважаемые коллеги А.В. Овчаренко и С.В. Богатырев в своей статье, опубликованной в украинском журнале "Авиация и время" (╧4/2003), относят сбитый 6 октября "блом унд фосс" на счет летчика 30-го рап А.Д. Карпова. Благодаря разъяснениям и любезной помощи М.Э. Морозова, мы вынуждены констатировать, что эта версия не подтверждается документами. Пара "Киттихауков" 30-го рап действительно вылетала в этот день для прикрытия кораблей (точное время не известно), но никаких воздушных боев она не вела (ОЦВМА, ф. 141 (штаб ВВС ЧФ), д. 13097, л. 43 (6.10.43), лл. 46-48 (дополнения из сводки за 7.10.43)).

Однако вернемся к событиям 6 октября. Немецким летчикам удалось покинуть свой самолет. Их спасением занялся эсминец "Способный". Следующая тройка Р-40 7-го иап появившаяся над кораблями в 08:35 уже наблюдала эсминцы, легшие в дрейф для подбора немцев. Внимание всего отряда, видимо и верхней вахты тоже, было привлечено этой спасательной операцией. По этой ли причине, или по какой-другой, но первая атака восьми Ju-87 в сопровождении двух Me-109 и двух FW-190 оказалась неожиданной и результативной. Дальнейшие события известны всем интересующимся военной историей. Погибли все три корабля и большая часть личного состава. Вместе с моряками-черноморцами без вести пропали и пять членов экипажа разведчика "блом унд фосс". Интересно, что для прикрытия отряда авиация ЧФ выполнила за день 115 вылетов, так и не сумев выполнить своей задачи. Ещё заметим, что и все рассуждения о непригодности самолетов типа А-20 или ДБ-3 для использования в качестве тяжелых истребителей не имеют особого смысла, так как даже в момент первого удара над кораблями находились "нормальные" одномоторные истребители.

В начале 1943 г. к обычным задачам, стоявшим перед гидроавиацией Люфтваффе на Черном море, добавилась ещё одна - снабжение частей 17-й немецкой армии блокированной на Таманском полуострове. Специально для транспортных перевозок на Кубанский плацдарм, было сформировано два морских транспортный отряда. Один, под командованием майора Ганнибала Гуде, был оснащен поплавковым вариантом "юнкерса-52". Второй (командир - капитан Ханс Треттер) был укомплектован одиннадцатью "дорнье-24", собранными из различных частей, в том числе и из действовавшего на Средиземном море 6-го спасательного отряда. Несколько машин из этих подразделений было потеряно по техническим причинам.

Всего за 1943 год по разным причинам на Черном море немцы лишились одного Do-24 (из состава транспортного отряда), пяти "блом унд фоссов", одного Ar-196, а также нескольких Ju-52 в варианте гидросамолета.

Максимальные же потери германская гидроавиация понесла в следующем 1944 году, в период блокады и, особенно, эвакуации Крыма. Выгодное, фланговое по отношению к коммуникациям противника, расположение аэродромов так называемой "Скадовской авиационной группы" ВВС ЧФ облегчало "охоту" за немецкими самолетами. Чувствительный урон был нанесен противнику 13 марта 1944 года. В этот день авиация Черноморского флота совершила несколько десятков вылетов на разведку и уничтожение транспортных самолетов противника в северо-западной части моря. В 09:50 два истребителя атаковали и уничтожили "дорнье-24" в двух милях восточнее Днестровского лимана. В 12:45 такая же участь постигла еще один Do-24, сбитый в 18 милях западнее Тендровской косы. В обоих случаях немецкие источники подтверждают победы советских авиаторов. Были потеряны летающие лодки с заводскими номерами 3226 и 81.

С началом эвакуации Крыма интенсивность воздушных перевозок противника резко возросла, и как следствие увеличилась активность советской авиации. Ранним утром 18 апреля два "Киттихаука" из 30-го рап вылетели на поиск немецких торпедных катеров на подходах к Севастополю. Обнаружив группу из шести малых кораблей, опознанных как сторожевые катера, наши летчики атаковали противника. Интенсивным ответным огнем тральщиков типа R, а это наверняка были они, один из "Киттихауков" был сбит. Пилот истребителя сумел благополучно сесть на воду в 9 милях западнее мыса Тарханкут. На его поиск с 07:12 до 12:30 одиночно и парами вылетали шесть советских самолетов. Летчик был обнаружен, а затем подобран торпедным катером. Этот же торпедный катер поднял из воды пятерых немецких пилотов - экипаж BV-138, сбитого нашими истребителями в районе поисковой операции. Немецкая сторона подтверждает пропажу без вести дальнего разведчика, хотя и относит её к 19 апреля. Правда, в советских сводках сообщается ещё об одном гидросамолете противника, сбитом 19 апреля. Но, скорее всего, речь идет о спасателе "дорнье-24". Немцы признают сам факт атаки, но сообщают, что машина была только повреждена.

Чем ближе была развязка сражения в Крыму, тем интенсивнее использовались гидросамолеты противника. Так, 25 апреля шесть "дорнье" сняли с тонущего буксира 63 раненых пассажира. Всего в апреле только самолеты 8-го отряда ПСС совершили 26 вылетов, в том числе групповых. Из Севастополя было вывезено 525 человек и 10 тонн различных грузов. В начале мая немецкая гидроавиация понесла новые потери. 8 мая вблизи мыса Херсонес в результате налета советских бомбардировщиков был потоплен гидросамолет "дорнье" (зав. ╧1074). В этот же день ещё один Do-24 (зав. ╧3268) вылетел на поиски экипажа Не-111, сбитого у берегов Крыма. Однако спасатель сам напоролся на шестерку истребителей Як-9 из 6-го гвардейского иап, которые сопровождали штурмовики Ил-2, вылетавших для удара по немецкому конвою. По метеоусловиям удар в тот день не состоялся, и уничтоженная летающая лодка стала своеобразным "утешительным призом". Вышедшие на поиск теперь уже двух пропавших самолетов корабли Кригсмарине обнаружили тела четырех летчиков, а еще двоих поглотили волны. Однако злоключения этого майского дня для немцев ещё не закончились. Ночью от Херсонеса попытался взлететь "дорнье-24" (зав. ╧2132). На его борту находились шесть членов экипажа, в том числе командир Sonderstaffel Mamaia , капитан Гутхофф, и еще один военнослужащий из 8-го отряда ПСС. Кроме них на самолете эвакуировались десять человек из аэродромной команды 125/ХI во главе с майором Асприоном. Увы, перегруженность машины и отсутствие ночного старта сделали свое дело - на разбеге "дорнье" врезался в препятствие. Из его обломков удалось извлечь только двух раненых пилотов.

Последние месяцы обороны и эвакуации Крыма дорого обошлись немецкой гидроавиации. За апрель-май только подразделения, оснащенные "дорнье-24" потеряли пять машин (семнадцать человек погибли и двое ранено). Кроме того, по отчетным документам 125-й разведывательной авиагруппы, за этот период было потеряно три "летающих башмака" BV-138 (два по не боевым причинам) и два Ar-196. Впрочем, как бы ни были велики понесенные потери, они оправдываются числом эвакуированных из Крыма солдат и офицеров.

Последние потери на этом театре гидроавиация Люфтваффе понесла в период проведения операции ВВС ЧФ по уничтожению кораблей противника в Констанце, практически выключившей из игры немецко-румынские военно-морские силы на Черном море. 21 августа 1944 года авиация ЧФ вела поиск экипажей, не вернувшихся из предыдущих налетов на Констанцу и Сулин. В поисках приняли участие четыре "Каталины", один Ил-2 и три МБР-2, в сопровождении 16 истребителей. В 08:30 в 60 милях юго-западнее м. Олинька четыре советских истребителя атаковали четверку немецких гидросамолетов идентифицированных как "типа Га-140", сопровождаемых двумя истребителями. По советской версии, они прикрывали переход отряда из пяти кораблей. В завязавшемся воздушном бою два немецких гидросамолета были сбиты. Свои потери составили два истребителя. Пилот одного из них был подобран "Каталиной". Почти одновременно уже другая группа истребителей ВВС ЧФ атаковала и сбила еще один гидросамолет, на это раз классифицированный как Га-138.

Немецкая версия событий, не расходясь в главном, отличается деталями. В соответствии с ней, в пять часов утра по берлинскому времени 21 августа два "блом унд фосса" вылетели на поиск экипажа лейтенанта Коха из того же отряда, пропавшего без вести накануне. Оба "летающих башмака" были сбиты над морем. Их экипажи спасли "дорнье" из SNSt8. Сохранились воспоминания одного из летчиков со сбитого BV-138, лейтенанта фон Зворовски. Как вспоминал титулованный авиатор, их летающая лодка была сбита истребительным эскортом "Каталины".

Всего через пару дней флот противника на Черном море прекратил свое существование, а вместе с ним и части морской авиации.

 


Уголок неба. 2004  (Страница:     Дата модификации: )



 

  Реклама:



             Rambler's Top100 Rambler's Top100