главная люди и авиация асы второй мировой ссср
   Баевский Георгий Артурович
       
Годы жизни: 1921 - 2005

Начать повествование о нем хотелось бы с конца 1939 года, когда Георгий, еще будучи школьником, успешно закончил учебу в аэроклубе Дзержинского района Москвы, получил звание пилота и был зачислен кандидатом в военное авиационное училище.

Сроки приема были ограничены, и в начале мая 1940 г., не получив еще аттестата зрелости, но оформив в аэроклубе необходимые документы, юноша фактически сбежал в Серпуховскую военную авиашколу.

Когда одноклассники Баевского сидели за школьными партами, он уже стал курсантом: строевая подготовка, теоретические дисциплины, полеты на У-2.

Одним из первых среди однокурсников Георгий поднялся в воздух на истребителе И-15бис. В то предвоенное лето над Серпуховом непрерывно гудели авиационные моторы. По "коробочке" вокруг аэродрома летали не только курсанты и инструкторы - в этой авиашколе по приказу Наркома обороны летному делу обучались командующие общевойсковыми армиями.

В ноябре 1940 г., сдав на "хорошо" и "отлично" Государственные экзамены по программе летной подготовки, Георгий Баевский получил звание "младший лейтенант". Его и еще троих молодых летчиков, из более чем 120 выпускников, оставили в авиашколе инструкторами.

Баевский включился в напряженную работу - наземная и летная подготовка курсантов, командирская учеба, не забывая при этом и о совершенствовании собственной техники пилотирования. Георгий Артурович вспоминает, что его должностной оклад составлял тогда около 900 рублей, в том числе 127 так называемых "скоростных", которые на- числяли за полеты на истребителях, чья скорость превышала 360 км/ч.

Первые воспитанники Баевского начали самостоятельные полеты на И-15бис 21 июня 1941 г., а на следующий день большинство инструкторов подали рапорты с просьбой направить их в действующую армию. Но все получили отказ - специальный приказ Сталина запрещал отправлять инструкторов на фронт. С началом войны курс подготовки летчика сократили до шести месяцев (общий налет около 36 часов), и выпуски следовали один за другим.

Когда фронт приблизился к Серпухову, школу пришлось перебазировать в Вязники, неподалеку от Горького. Невзирая на плохую погоду, учеба велась очень интенсивно. К концу года суммарный налет Баевского составлял уже 243 часа 44 минуты. Так же напряженно прошел для него и 1942 год. Попасть на фронт Георгий смог только весной 1943 г.

Он был вполне сложившимся пилотом, но воздушным бойцом ему еще предстояло стать.
Вместе со своим другом летчиком-инструктором Евгением Яременко он был направлен для стажировки на Юго-Западный фронт в 5-й гвардейский ИАП, которым командовал Герой Советского Союза подполковник В. А. Зайцев.
В то время полк базировался на аэродроме Половинкино, вблизи города Старобельска у реки Северский Донец. 18 апреля Баевский совершил первый вылет "по отработке техники пилотирования" в районе аэродрома, через три дня участвовал в сопровождении бомбардировщиков "Бостон", а 27 апреля провел первый воздушный бой с Bf 109.

Когда срок стажировки подошел к концу, Зайцев предложил Баевскому и Яременко остаться в полку.
Прочитав в архивных документах, с какой тщательностью готовили в полку ввод в бой пополнения, как помогали освоить премудрости боя, не будет ошибкой утверждать, что младшему лейтенанту Г. А. Баевскому повезло. Его биография схожа с судьбами лучшего советского аса И. Н. Кожедуба и одного из наиболее результативных летчиков Люфтваффе В.Батца (W.Batz).

Как и Баевский, они до своего первого боя успели совершить тысячи взлетов и посадок, готовя пополнение для фронта. Обер-лейтенант В. Батц, чей налет к концу 1942 г. превысил 5000 часов, вспоминал, сколько разочарований он испытал в первых боях на Восточном фронте:
"Я провалился в сотни воздушных ям, прежде чем смог, наконец, прицелиться по неприятельскому самолету".

Поначалу не все получалось и у Баевского, успевшего пробыть в небе 732 час. Однако его шансы в первом бою были намного выше, чем у среднего советского пилота, кото- рый оканчивал летное училище и, даже если проходил подготовку в запасном полку, имел налет около 80 часов. Для сравнения: летчики- истребители люфтваффе выпускались в конце 1942 г. из летных школ с налетом 215 часов, в том числе около 40 - на боевом самолете.

В конце апреля 1943 г. немецкая авиация заметно активизировалась на Изюмско-Барвенковском направлении, где сражался 5-й ГвИАП. В этой сложной обстановке Баевский одержал свою первую победу.
Майские бои были, как правило, затяжными, отличались участием большого количества самолетов, причем немцы, стремясь к численному превосходству, быстро наращивали свои силы в воздухе. Неоднократно их истребители пытались блокировать советские аэродромы. Противниками 5- го ГвИАП в борьбе за господство в воздухе над Донбассом были "мессершмитты" из авиагрупп III/JG3 "Удет", I/JG52 и "фокке-вульфы" из l/SchG 1. В напряженных боях Баевский несколько раз встречался с немецкими асами и на практике познакомился с их тактикой. Суть ее состояла в пикировании с большой высоты на большой скорости на обнаруженную цель, стрельбе с небольшой дистанции и последующем стремительном выходе из боя.

Вспоминая о боях в районе Курской дуги, Георгий Артурович подчеркивал, что и он, и другие летчики чувствовали, что противник стянул сюда все лучшее, чем располагал к тому времени.

Вопреки распространенному мнению, немецкие летчики нередко принимали лобовые атаки, вступали в сражение с превосходящими силами. Противник отчаянно не хотел уступать господство в воздухе. Наибольшее напряжение пришлось на период с 15 по 19 августа. Стремясь сорвать советское наступление на Харьков, гитлеровское командование стало применять авиацию большими группами: бомбардировщики шли волнами по 40-50 машин под прикрытием 20-30 истребителей. В те дни воздушные схватки не прекращались в течение всего светлого времени суток. 5-й гвардейский понес как никогда тяжелые потери. Погибли или не вернулись из боевых вылетов В. П. Самойленко, В. Е. Бороздинов, Г. Д. Ковалев, Н. Г. Цапанов, В. Т. Думарецкий, К. Ф. Пузь (последний, как и Г. А. Баевский, ранее был инструктором в Вязниковской школе). Были сбиты, но несмотря на ранения сумели воспользоваться парашютами Герои Советского Союза Н. П. Дмитриев (17 побед) и А. И. Орлов (16 побед). Но и врагу был нанесен большой ущерб. Вот строки из боевого донесения полка за 17 августа: "Летчики полка произвели 96,боевых вылетов на прикрытие наземных войск, провели пять групповых воздушных боев. Сбили семнадцать фашистских самолетов и пять подбили". Немецкие источники подтверждают большие потери 4-го воздушного флота юго-восточнее Харькова: только эскадра JG52 в тот день от огня ЛаГГ-5 (так в немецких отчетах назывались Ла-5) лишилась трех "мессершмиттов" и двух пилотов - л-та В.Пулса (W.Puls) и фельдфебеля У.Бунгерта (U.Bungert).

17 августа на счет л-та Баевского были занесены победы над Не 111 и Вf 109. Вот отрывок из его воспоминаний о том дне:
"Поперек строя и выше основной группы немцев на большой скорости проходит пара Вf 109. Проскочив над нами и растворившись в небе на фоне солнца, она на время исчезает. Но мы уже начеку. Сомнений нет, это - асы, "охотники". Используя преимущество в высоте и скорости, они стремительно атакуют. Выполняю резкий маневр. Вf 109 проскакивают вперед: горка, переворот и снова атака. Но не рассчитал ведущий пары ВТ 109. Маневр - и вот я уже на хвосте у его ведомого, он совсем близко. Жму на гашетку - моя очередь была точной. Оставшись в одиночестве, ведущий "охотников" не вышел из боя, а продолжал атаки. Он вновь оказался выше, а когда я сманеврировал, пытаясь "поднырнуть" под "охотника", его машина вдруг перевернулась "на спину", и тут же мощные удары сотрясли мой самолет, больно обожгло ногу, горячая волна окатила лицо, плечи. Я ничего не вижу, но думать об этом некогда, нужно во что бы то ни стало оторваться от фрица, иначе мне конец. Даю ручку от себя - и полный газ. Пора открывать глаза. Провожу по лицу рукой и со страхом смотрю на нее, ожидая увидеть кровь. Но крови нет. Рука черная - масло! Пробит маслобак. Теперь лишь бы до аэродрома дотянуть. Мне повезло - дотянул..."

После приземления выяснилось, что один снаряд почти перебил ручку управления самолетом, другой разорвался в парашюте - удача оказалась явно на стороне советского летчика. Но Георгия Артуровича не оставляла досада: вот если бы скорость побольше, мотор помощнее да связь ненадежнее!

В последних числах августа активность немцев резко упала, а летчики 5-го ГвИАП отметили торжественное событие: на боевой счет полка был занесен 500-й вражеский самолет. Отличился мл. л-т Н. А. Марисаев. Еще две победы одержал герой нашего повествования. Тогда же в полк прибыло молодое пополнение. Теперь Баевский передавал новичкам не только секреты летного мастерства, но и тактические приемы, на специальных занятиях обращая внимание на наиболее уязвимые места немецких самолетов.

В начале сентября полк был выведен с фронта для отдыха и получения новой материальной части - Ла-5ФН. Подготовленному пилоту новая машина дала гораздо большие возможности, особенно на вертикалях. Воспитанники В.А. Зайцева вернулись на фронт через месяц, когда полным ходом развернулись бои за Днепр. Здесь бомбардировщики Люфтваффе старались прорваться к переправам в тот момент, когда в воздухе не было советских самолетов. "Мессершмитты" и "фокке-вульфы" основные усилия сосредоточили на внезапных атаках. Советские истребители, прикрывавшие Пе-2 и Ил-2 или патрулировавшие над Днепром на крейсерских скоростях, сразу оказывались в худшем положении, так как противник обрушивался на них с высоты на большой скорости нередко со стороны солнца. Но оказалось, что гвардейцам было что противопоставить неприятелю. Получив приказ прикрыть переправы на участке Днепропетровск-Запорожье, Зайцев добился у командующего 17-й воздушной армии В. А. Судца разрешения патрулировать на скоростях, близких к максимальным. Чтобы компенсировать повышенный расход горючего, полк перебазировался на аэродром Котивец вблизи линии фронта. Все истребители были тщательно проверены инженерно- техническим составом. Причины, вынуждавшие летать с открытыми фонарями, были устранены, налажено кислородное и радиооборудование. Результаты не замедлили сказаться. Бои показали, что на восходящих маневрах Ла-5ФН имеет некоторое преимущество перед Bf 109G. За несколько дней боевой счет 5-го ГвИАП увеличился на 16 побед, из которых две одержал Баевский, а во фронтовой газете "Защитник Отечества" появилась заметка: "Как немецким асам набили по мордасам". Давний противник гвардейцев-эскадра JG52 - потеряла в этом районе с 10 по 19 октября (по отчету штаба эскадры) 14 "мессершмиттов" и 8 пилотов погибшими или пропавшими без вести.

Один из них, ефрейтор Ю.Диниус (J.Dinius), спасся на парашюте и был взят в плен. Георгий Артурович, хорошо знавший немецкий язык, участвововал в допросе немца. Ответив на все вопросы, Диниус попросил показать ему самолет, который его сбил. А увидев, удивился: "Это же "Ла-фюнф", он не мог меня догнать на горке!" Но это был не просто Ла-5, а новый Ла-5ФН, летчик которого умело использовал его возможности. Бои на Днепре много дали Баевскому с точки зрения становления тактического мастерства. Теперь он хорошо знал сильные и слабые стороны противника. Командование неоднократно доверяло ему вылеты на "свободную охоту". А от летчика - "охотника", тем более ведущего пары, требовалось "быть особенно инициативным и решительным истребителем".

Надо сказать, что даже после того, как советские войска форсировали Днепр, освободили ряд важных промышленных центров, в том числе Запорожье и Киев, противник неоднократно переходил в контратаки. Стояла поздняя осень, с туманами, дождями, изморозью. В этих условиях высокая активность советской авиации оказалась неожиданной для немцев. Они лишились десятков автомашин, бензоцистерн, повозок, паровозов... Неоднократно гвардейцы выходили и на "охоту" в районы крупных немецких аэродромов. День 12 декабря 1943 г. выдался пасмурным: облака опустились до 100-150 м, видимость не превышала один-два километра. Старший лейтенант Г. А. Баевский с ведомым лейтенантом П. Т. Кальсиным вылетели к аэродрому Апостолово, на котором скопилось много вражеских самолетов. Вскоре Баевский заметил на высоте всего 100 метров заходившего на посадку FW 189 и немедленно его атаковал. Очередь оказалась точной, и вражеский разведчик вспыхнул. Подбить живучий двухбалочный самолет с первого залпа доводилось редко. Еще реже удавалось самому остаться незамеченным: хороший обзор позволял немецкому экипажу заблаговременно подготовиться к бою. Но в этот раз немецкие наблюдатель и стрелок не должны были обнаружить Баевского: он заходил в атаку, скрываясь за хвостовыми балками "фокке-вульфа". Сегодня Георгий Артурович уверен, что подготовиться к бою немецкий экипаж смог, получив предупреждение с земли по радио. Не успел советский летчик выйти из атаки, как вражеский стрелок зажег мотор его "лавочкина". На малой высоте покидать самолет с парашютом не имело смысла, и Баевский вынужден был совершить посадку в поле. Можно только предполагать, о чем успели задуматься в короткие мгнове- нья Петр Кальсин и Георгий Баевский. Видимо, первый вспомнил, как в мае 1943 г. уже прикрывал своего ведущего Николая Анцырева, когда тот был вынужден покинуть с парашютом подбитый у вражеского аэродрома Краматорская самолет. Прикрывал, но помочь не мог... Баевский же понимал, что права "пропасть без вести" он не имел. Конечно, в полку ему доверяли. Но с 1931 г. он почти беспрерывно вместе с семьей находился сначала в Германии, затем в Швеции, что было связано с характером работы его отца Артура Матвеевича. К счастью, страшный 1937 год обошел семью стороной. Но при желании "компетентные органы" вполне могли представить дело так, что молодого человека завербовал враг. О происшедшем 12 декабря вспоминает дважды Герой Советского Союза Виталий Иванович Попков, однополчанин и товарищ Баевского:
"Георгий передавал по радио на командный пункт о своих действиях и местонахождении... "Вижу "раму". Атакуем!" - послышался в динамике голос ведущего. После этого связь с ним прекратилась. Наступило томительное ожидание. В такое время каждому хочется быть рядом с летчиками, чтобы видеть все своими глазами и, если необходимо, оказать помощь. Ждать на командном пункте бывает гораздо тяжелее, нежели самому находиться в полете. Так было и в этот раз. Притихли летчики, заметно нервничал командир полка. Что случилось с парой Баевского? Волнение было не напрасным. Полчаса спустя на подходе к аэродрому показался "лавочкин". С выпущенными закрылками и надсадно ревущим мотором самолет подошел к земле с задранным носом и приземлился с перелетом. Подбежавшие авиаторы увидели, что Петр Кальсин помогает кому-то выбраться из фюзеляжного лючка, Георгий Баевский! Он был в изодранной меховой безрукавке, в обгоревшем шлемофоне. На фоне белого снега отчетливо выделялось его черное, обожженное лицо. "Что случилось?" - взволнованно спрашивали сослуживцы. Торопливо снимая обожженными руками шлемофон, Баевский удрученно повторял: "Планшет, планшет там остался..."

Кальсин сумел посадить свой Ла-5ФН на небольшую вспаханную площадку, покрытую тонким слоем снега. В конце пробега истребитель увяз в мягком, не замерзшем грунте. Не выключая двигатель, Кальсин стал махать руками Баевскому, показывая, что надо скорее забираться в кабину. Сначала Георгий пытался устроиться за бронеспинкой, но истребитель угрожающе накренился вперед, лопасти винта чиркнули по земле. Тогда Баевский открыл небольшой лючок и попробовал залезть в тесный отсек фюзеляжа. Он взялся руками за шпангоуты, а его ноги остались снаружи. Ставший двухместным "лавочкин" долго разбегался, надсадно ревя двигателем, но все-таки смог оторваться от вязкой земли. Вылетевший в этот район на разведку на следующий день В. И. Попков обнаружил сгоревшую "раму", остатки Ла-5ФН и доложил, что Кальсин взлетел "просто чудом". (Из немецких документов следует, что в районе аэродрома Апостолово разбился FW 189A-2 зав. ╕2363 из 1-й авиагруппы ближних разведчиков NAGr1. Экипаж остался жив.)

Об этом случае сообщалось в сводке Совинформбюро, писала фронтовая печать, говорилось в специальном приказе командующего 3-м Украинским фронтом генерала Р. Я. Малиновского, который отметил "блестящий подвиг летчика гвардии л-та Кальсина П.Т. и образцы мужества, отваги и хладнокровия гвардии старшего лейтенанта Баевского Г.А." и приказал подготовить материал на присвоение им званий Героев Советского Союза. Но через 8 дней случилось непоправимое - П. Т. Кальсин не вернулся из боевого вылета. Судьба летчика так и осталась неизвестной. Несмотря на то, что на его счету имелось 16 воздушных побед, по существовавшим в то время правилам наградной материал "положили под сукно"... Уже в наши дни Петра Терентьевича представляли к званию Героя России (посмертно), но положительного решения не принято и по сей день.

К декабрю 1943 г. Баевский совершил 144 боевых вылета, участвовал в 45 боях, сбил 17 неприятельских самолетов. Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении ему звания Героя был опубликован 4 февраля 1944 года. Но вскоре судьба подготовила Георгию Артуровичу еще одно испытание. 6 апреля он перегонял с завода новый Ла-5ФН. Из Моршанска летчик вылетел при сравнительно хорошей видимости. Однако, как это часто бывает весной, погода быстро испортилась. Облачность прижала самолет к земле, усилился встречный ветер. Это привело к преждевременной выработке горючего, и пилоту пришлось искать площадку для посадки. Баевский выбрал широкую пустынную улицу Белгорода, не заметив, что дорогу перегородил противотанковый ров. В него и влетел на большой скорости самолет, переломившись от удара пополам. Георгий потерял сознание. Подоспевшие к месту аварии дед с малолетним внуком решили, что летчик погиб, К счастью, поблизости располагался госпиталь...

Сознание вернулось к Георгию лишь через пять дней, но выздоровление пошло быстро: сказались молодость и отменное здоровье. Гвардейца выписали с разрешением выполнять полеты только на самолете У-2. Тем не менее, Баевский торопился снова оказаться в родном полку, который базировался теперь на аэродроме Наливайко севернее Одессы. Произошли изменения и в руководстве 5-го ГвИАП: подполковник Зайцев был назначен заместителем командира 11-й ГвИАД. Он по старой привычке часто прилетал в свой полк. Именно его одним из первых и встретил 13 июня Георгий на аэродроме. Через день Зайцев снова ввел летчика в боевой строй, а затем добился отмены решения медицинской комиссии. 22 июня Баевский впервые после ранения вылетел в составе четверки истребителей для нанесения бомбо-штурмового удара по вражеским войскам в районе Калшаны-Аккерман. В конце июня-начале июля дивизию перебазировали на окраину Луцка и ввели в состав 2-й ВА 1-го Украинского фронта. Гвардейцам предстояло участвовать в Львовско-Сандомирской операции. Изменился и характер боевой работы. Основной задачей стало прикрытие бомбардировщиков и штурмовиков и нанесение самостоятельных ударов по отступающим немецким войскам. В конце сентября их 1 -и гвардейский смешанный авиакорпус переименовали во 2-й гвардейский штурмовой, и с тех пор "лавочкины" полка неразрывно действовали с "ильюшиными", часто базируясь на одних аэродромах. Воздушные бои стали происходить гораздо реже. Георгий Артурович подчеркивал, что нередко его контратаки были удачны, удавалось добиться попаданий в Bf 109 и FW 190, пытавшиеся прорваться к штурмовикам. Но немецкие истребители, особенно "фокке-вульфы", обладали высокой живучестью, и "попал" значило далеко не то же, что "сбил". Иногда возникало сильное желание преследовать и добить поврежденный неприятельский самолет, но приказ категорически запрещал покидать место "в походном ордере конвоя". Если за первые восемь месяцев пребывания на фронте Баевский провел 45 боев, то за девять месяцев 1944-45 гг. - всего 7. Какие же события последнего периода войны наиболее запомнились Георгию Артуровичу?

Однажды полку предстояло перебазироваться в условиях густого тумана. Лететь было нельзя, поэтому у Ла-5ФН отстыковали плоскости, а фюзеляжи закрепили в кузовах "студебеккеров", и необычная процессия двинулась по шоссе. В другой раз поступило сообщение, что немцы пробиваются из окружения поблизости от аэродрома. Срочно вокруг стоянок были отрыты окопы, Ил-2 установили хвостами к лесу, а воздушные стрелки заняли свои места. Разрозненные немецкие отряды пытались подойти к аэродрому, но были вынуждены поспешно скрыться среди деревьев. И, конечно, запомнился боевой вылет 28 февраля 1945 г., когда неподалеку от Котбуса шестерка старшего лейтенанта Баевского вовремя подоспела на помощь группе Як-9 и Ла-5, прикрывавших Ил-2, и пять "фокке-вульфов" оказались сбитыми. "В смелом, энергичном воздушном бою наши летчики взяли инициативу, и с первых же атак Баевский и Цимбал сбили по одному FW 190", - записано в отчете штаба полка. Выходя из боя, гвардейцы в районе линии фронта обнаружили и перехватили "фокке-вульфы"-штурмовики, и вспыхнули еще два вражеских самолета. Две победы занес в тот день на свой счет Георгий Баевский.

Летная книжка бесстрастно зафиксировала, что последний, 252-й боевой вылет Герой Советского Союза капитан Баевский выполнил 8 мая 1945 г., когда поздним вечером повел четверку "лавочкиных" на штурмовку вражеских войск в районе Праги. Незадолго до этого 12 апреля Глинкин и Баевский перегнали на аэродром Шпротау вблизи Берлина два новых истребителя Як-9У. Машина не очень понравилась Георгию Артуровичу: постоянный перегрев двигателя вынуждал экипажи почти все время проводить на земле, а технический состав - работать с полной нагрузкой. Поэтому он снова пересел в кабину Ла-5ФН...

Вскоре после окончания Пражской операции группе летчиков сообщили о предстоящем параде Победы. В сводный полк 1 -го Украинского фронта включили двух летчиков 5-го гвардейского -В. И. Попкова и Г. А. Баевского. Подготовка к параду проходила в разрушенном Дрездене, а дождливый день 24 июня 1945 г., когда они прошли по брусчатки Красной площади, запечатлелся в памяти столь же ясно, как и 9 мая.

Началась мирная жизнь, но наше повествование не закончилось. Находясь с полком в Австрии, Баевский просит направить его на учебу в Военно- воздушную инженерную академию им. Н. Е. Жуковского. Но за несколько дней до начала нового учебного года летчика направляют... в Военно- воздушную академию в Монино. Проявив настойчивость, Георгий Артурович добился в октябре 1946 г. перевода в "Жуковку" на инженерный факультет. Учиться поначалу было непросто, Георгий подолгу засиживался за книгами, и вскоре учеба пошла легче. Однокурсниками и друзьями Баевского стали В. С. Ильюшин, С. А. Микоян, А. А. Щербаков - впоследствии известные летчики-испытатели, Герои Советского Союза. Сдружился Георгий Артурович и с С. Г. Дедухом. Хотя программа обучения не предусматривала летной практики, все они не мыслили себя без неба и добились разрешения выполнять полеты. В 1948 г. Г. А. Баевский освоил реактивные истребители Як-17УТИ и МиГ-9, а летом следующего года летал на Як-17. Во время одного из полетов разрушилось колеса шасси. Георгий Артурович решил сажать самолет на грунт. Но лопнувшая реборда пробила топливный бак, при заходе на посадку самолет загорелся, а после приземления вспыхнул керосин, попавший в кабину. Проявив завидное самообладание, авиатор открыл фонарь и на ходу выпрыгнул из машины. Командование высоко оценило грамотные действий летчика.

После окончания академии в 1951 г. подполковник Баевский получил диплом инженера-летчика и был направлен в НИИ ВВС летчиком-испытателем двухмоторных самолетов. Но работа, о которой он долго мечтал, продолжалась недолго - всего около двух лет. Героя нашего повествования последовательно назначают старшим летчиком-инспектором Южно-Уральского военного округа, командиром 910-го ВАП, старшим летчиком-инспектором Управлений вузов ВВС, заместителем начальника по летной подготовке Центра летной и технической подготовки руководящего офицерского состава ВВС в Липецке, после ликвидации которого в 1960г. Баевского направляют на учебу в Академию Генерального штаба.

Успешно закончив вторую академию, Георгий Артурович становится заместителем начальника НИИ ВВС. Его задача - организация летно- испытательной работы. Баевский считает последующие девять лет службы самыми счастливыми в своей жизни. Он лично проводил облет и испытания техники - всего 77 типов самолетов и вертолетов поднято в воздух, в том числе 45 новых. Среди последних - истребители МиГ-23, МиГ-25, Су-15, истребители-бомбардировщики Су-7Б, Су-17, бомбардировщики Ту-16, Ту-95, пассажирские Ту-104, Ту-124, вертолеты Ми-6, Ми-3 и др. Особенно много пришлось летать на транспортных самолетах О. К. Антонова, Запомнился перелет на оборудованном дополнительными топливными баками Ан-12 по маршруту Чкаловская-Иркутск-Хабаровск и обратно, состоявшийся с 8 по 12 апреля 1965 г. Из-за сильного ветра при полете с востока на запад расход горючего вдвое превысил расчетный, и пришлось приземляться в Омске практически с сухими баками, Еще более напряженно завершился вылет 15 мая 1965 года на Ту-22. При заходе на посадку в Ахтубинске диспетчер сообщил, что загорелся и остановился на полосе взлетающий Як-28. Но горючего в баках "Туполева" после дальнего полета почти не осталось, и летчик решился на посадку. Вовремя вышли тормозные парашюты и, казалось, что Ту-22 замрет вдалеке от горящего бомбардировщика. Однако на пробеге началось "шимми" переднего колеса, затруднившее торможение, и самолет остановился вплотную к горящему Яку. Пламя быстро перекинулось на вторую машину, Баевскому пришлось воспользоваться ло- миком, чтобы вместе с экипажем невредимым спуститься на землю.

Напряжение летной работы иногда было весьма высоким. Так, при испытаниях Су-15 в феврале 1969 г. приходилось по два-три раза в сутки подниматься в небо. Один из последних своих испытательных полетов генерал-майор Г. Д. Баевский выполнил 12 декабря 1969 г, на отработку системы вооружения С-23 истребителя МиГ-23. Выпущенные им ракеты точно попали в самолет-мишень.

Новый поворот в судьбе нашего героя произошел в начале 1970 г. В связи с трудностями освоения в частях ВВС МВО новейших МиГ-23 и МиГ-25 командующий авиацией округа генерал-полковник Е. М. Горбатюк считал необходимым назначить своим заместителем по летной работе военного летчика-испытателя 1-го класса Г. А. Баевского. Примерно год ему пришлось вместе с другим заместителем командующего ВВС округа, трижды Героем Советского Союза И. Н. Кожедубом организовывать переучивание строевых летчиков. В начале весны 1971 года Баевского ждало новое ответственное задание - его назначили старшим группы, командированной в Египет.

Стояла задача: в строжайшей тайне организовать разведку военных объектов и, прежде всего, аэродромов израильтян на Синайском полуострове. Группа поступила в распоряжение военного советника в ОАР генерал-полковника авиации Г. У. Дольникова. Два МиГ-25Р, два МиГ-25РБ, шестеро летчиков, в том числе из 47-го ГвОРАП во главе с подполковником А. С. Бежевцом, группа инженерного и технического состава на Ан-22 благополучно прибыли в Каир. Сразу после выгрузки в аэропорту Каиро-Уэст на самолеты нанесли опознавательные знаки ОАР. Но тайна отряда была раскрыта уже 18 марта, В тот день египетская газета под рубрикой "У наших друзей" на первой полосе опубликовала репортаж о новых советских самолетах и поместила снимок летящего МиГ-25, Начальник штаба ВВС генерал-полковник авиации В. С. Ефимов тут же связался с Г. А. Баевским, пытаясь понять, почему попеты начались без разрешения Москвы. На что Георгий Артурович ответил, что МиГи в воздух еще не поднимались. Он обратил внимание руководства: египтяне поместили фото МиГ-25П, в то время как в Каир прибыли МиГ-25Р/РБ, Видимо, основой для публикации послужили материалы показа новой советской техники в Домодедово в 1967 г.

Примерно через месяц, когда организационные вопросы были улажены, самолеты и двигатели прошли необходимые проверки, группа получила раз- решение на выполнение первых полетов. Тренировка проходила по так назы- ваемому "зеркальному маршруту": над дельтой Нила летчики поворачивали не в сторону Израиля, а к пескам Сахары и фотографировали безлюдную местность южнее Эпь-Аламейна. К концу апреля двигателисты позволили увеличить предельное время прохождения по трассе на максимальном числе М с 3 до 8 минут, боевые вылеты "двадцать пятых" проходили так: взлетая под прикрытием звена МиГ-21, они набирали высоту в сторону Средиземного моря, затем разворачивались и проходили на высоте 23 - 24 км при М=2,5 над Синайским полуостровом и территорией Израиля. Георгий Артурович вспоминает, как на экранах радаров он отчетливо видел безрезультатные попытки "Фантомов" перехватить разведчиков. Во время посадки не меньшую опасность представляли арабские зенитчики, не знавшие силуэтов МиГ-25, Может быть, поэтому, как свидетельствовал один из летчиков отряда полковник Н. И. Борщов, для спуска по более крутой траектории он выпускал не только тормозные щитки, но и шасси.

Командировка Баевского, запланированная на три недели, продлилась два месяца. Удалось получить значительный фотоматериал, ценность которого трудно переоценить, и при этом избежать потерь. Сообщение советской разведки о прибытии на Ближний Восток американского зенитно-ракетного комплекса Найк "Геркулес", способного поражать самолеты на высотах более 20000 м, вынудило временно прекратить полеты МиГ-25. После возвращения Баевского на родину во главе "египетского" отряда остался подполковник Н. П. Чудин - заместитель командира 47-го ГвОРАП, Впоследствии полковники А. С. Бежевец и Н. И. Стогов, наиболее успешно выполнившие разведывательные полеты с аэродрома Каиро-Уэст, были удостоены звания Героев Советского Союза.

C 72 года, после ограничения в полетах по медицинским показаниям, генерал-майор Баевский переходит в "альма-матер" - ВВИА им. Н. Е. Жуковского, где целиком посвящает себя научной и учебной работе. Став заместителем начальника кафедры, Георгий Артурович увлеченно трудится над теорией создания орбитальных самолетов и их применения в боевых операциях. В 1978 г. он защитил в Академии Генерального штаба по этой теме диссертацию на соискание ученой степени кандидата военных наук. С 1985 г, Г. А. Баевский в отставке и работает в Академии доцентам кафедры. У Георгия Артуровича большая и дружная семья: сын, дочь и трое внуков.

Умер 6 мая 2005 года, не дожив несколько дней до 60-летия Победы.

СПИСОК ИЗВЕСТНЫХ ПОБЕД

Дата Тип сбитого Район Самолет Часть Примечание
1. 8.05.43 Ме-109Г-2 севернее Привольное Ла-5 5-й Гвиап  
2. 24.06.43 Ме-109Ф Малиновка есть в ЛК, нет в док.полка
3. 7.07.43 Топлинка  
4. 16.07.43 Не 111 Студенок  
5. 19.07.43 Сухая Каменка  
6. 5.08.43 ФВ-189 Васищево есть в ЛК, нет в док.полка
7. 9.08.43 Ю-87 Змиев  
8. 15.08.43 Не-111 Бильбасовка  
9. 17.08.43 Доменькая  
10. 17.08.43 Ме-109 Сухая Каменка  
11. 28.08.43 Не-111 Борки  
12. 28.08.43 Ме-109Г-2 Соколово  
13. 15.10.43 Ме-109 Запорожье  
14. 23.10.43 Ю-88 Алферово есть в ЛК, нет в док.полка
15. 22.11.43 Ме-109Ф Васильевка  
16. 30.11.43 ФВ-189 Марьевка  
17. 12.12.43 ФВ-189 Кривой Рог FW-189A-2, W.Nr.2363 из состава NAGr 1
18. 28.02.45 ФВ-190 Нимитц  
19. 28.02.45 ФВ-190 Эгель  

Ла-5ФН





Уголок неба. 2004  (Страница:     Дата модификации: )


 

  Реклама:



             Rambler's Top100 Rambler's Top100