Реклама...

    


 

 
   главная люди и авиация асы второй мировой германия
   фон Бест Ханс-Хеннинг
       
Годы жизни: р.1913

Ханс-Хеннинг барон фон Бёст (Hans-Henning von Beust) родился 17 апреля 1913 г. в Карлсруэ.

1 апреля 1931 г. он начал свою военную карьеру в качестве рядового 17-го пехотного полка. В марте 1934 г. фон Бёсту было присвоено звание лейтенанта. Тогда же он вступил в тайно формирующиеся Люфтваффе и для летной подготовки был направлен в одно из отделений "Немецкой школы воздушных сообщений". После окончания летной подготовки фон Бёст прошел стажировку в качестве пилота в авиакомпании "Люфтганза", а затем был направлен в школу бомбардировочной авиации в Тутове (Kampfliegerschule Tutow) в 74 км восточнее Ростока.

В сентябре 1936 г. обер-лейтенант фон Бёст был назначен командиром 2./К88, входивший в состав "Легиона "Кондор".

Всего в ходе войны в Испании фон Бёст совершил около ста боевых вылетов и затем в июне 1939 г. был награжден Немецким Испанским Крестом в Золоте с Мечами.

В 1938 г. фон Бёст был назначен командиром эскадрильи в составе III./KG157, которая 1 мая 1939 г. была переименована в III./KG27.

В сентябре 1939 г. в ходе боев в Польше фон Бёст совершил 11 боевых вылетов, затем весной 1940 г. во время кампании в Западной Европе еще 29, а во время "битвы за Англию" выполнил уже 70 боевых вылетов.

21 октября 1940 г. на аэродроме Ренн разбился Не-111, на борту которого находился командир II1./KG27 майор Манфред фон Штернберг (Manfred von Sternberg). Весь его экипаж, включая фон Штернберга, погиб, и потому в конце октября гауптман фон Бёст был назначен командиром III./KG27.

В середине июня 1941 г. KG27 была переброшена из Франции на аэродром Фокшани в Румынии. Начиная с 22 июня, одной из главных целей "Хейнкелей" эскадры стала Одесса, в частности ее порт.

В ночь с 24 на 25 июня 1941 г. во время налета на Одессу Не-111 из 4./KG27 был протаранен истребителем МиГ-3, который пилотировал старший лейтенант Константин Оборин из 156 ИАП 2. Сбитый "Хейнкель" упал на территории, занятой советскими войсками. Вскоре рядом с ним приземлился другой Не-1 И из 4./KG27, который взял на борт оставшихся в живых членов его экипажа. Во время тарана Оборин получил тяжелые ранения, но все же смог совершить посадку. Он был доставлен в госпиталь, но 18 августа 1941 г. от полученных ранений умер.

В ходе боевого вылета 7 июля пилоты KG27 стали свидетелями еще ощюго тарана, совершенного советским пилотом. В бою над Молдавией старший лейтенант Анатолий Морозов3 из 4 ИАП сначала сбил Не-111 из 2./KG27, а когда закончились боеприпасы, он своим МиГ-3 протаранил Bf-109 обер-фельдфебеля Георга Бергманна (Georg Bergmann) из 9./JG77. Оба пилота остались живы и выпрыгнули на парашютах, и, поскольку бой проходил над территорией, занятой советскими войсками, Бергманн попал в плен.

С 11 по 18 августа в ходе налетов на Одессу пилоты KG27, в т.ч. фон Бёст, потопили восемь транспортных судов общим тоннажем 33 тыс. брт и еще 24 корабля повредили. 7 сентября 1941 г. майор фон Бёст был награжден Рыцарским Крестом.

В сентябре "Хейнкели" KG27 атаковали советские укрепления на Перекопском перешейке, поддерживая наступление частей 11-й полевой армии. В ноябре 1941 г. II./KG27 перебазировалась в Херсон, и теперь ее целью стал не только Крым, но и северное побережье Азовского моря.

В январе 1942 г. оберег-лейтенант фон Бёст, на счету которого было уже около 300 боевых вылетов, был назначен командиром KG27. В это время штаб эскадры и I./KG27 располагались на аэродроме в Кировограде, III./KG27 базировалась в Херсоне, a II./KG27 под командованием гауптмана Рейнхарда Гюнцеля (Reinhard Giinzel) и I V./KG27 во главе с гауптманом Герхардом Брауншвейгом (Gerhard Braunschweig) находились на аэродроме Лангенхаген в 8 км севернее Ганновера.

Летом 1942 г. "Хейнкели" KG27 сначала поддерживали действия 24-й танковой дивизии и 16-й моторизованной дивизии в районе восточнее Воронежа, а затем части 6-й полевой армии, наступавшие на Сталинград.

В сентябре 1942 г. эскадра почти в полном составе перебазировалась в Миллерово 2 приблизительно в 300 км западнее Сталинграда.

Параллельно с налетами на Сталинград бомбардировщики KG27 совершили налеты и на Кавказ. Так, 23 октября 1942 г. Не-111 из II./KG27 получили приказ атаковать нефтеперерабатывающий завод в Грозном. Только уже в 60 км от цели экипажи получили радиограмму с приказом атаковать запасную цель. Повернув на юго-запад, "Хейнкели" сбросили бомбы на химический завод в г. Чегем Первый в нескольких километрах севернее Нальчика. В результате на территории завода начался большой пожар, который был виден с большого расстояния. Проведя в воздухе почти восемь часов, "Хейнкели" благополучно вернулись в Миллерово. 26 октября бомбардировщики KG27 снова взяли курс на Кавказ, чтобы на этот раз атаковать Майкоп.

В конце октября 1942 г. одной из основных целей для "Хейнкелей" KG27 стал большой остров на Волге южнее Сталинграда напротив железнодорожной станции Бекетовка. На нем советское командование разместило тяжелые артиллерийские батареи общей численностью около ста орудий, которые вели огонь по немецким войскам в районе Сталинграда. Их прикрывала зенитная артиллерия вместе с прожекторами.

19 ноября 1942 г. советские войска начали контрнаступление под Сталинградом. В тот день в районе Миллерово погода была плохая с почти нулевой видимостью и ни один "Хейнкель" из KG27 не поднимался в воздух. Однако обер-фельдфебель Хафигхорст был неожиданно вызван на командный пункт II./KG27:

"Когда я вошел, то у видел, что, помимо командира нашей группы, там был и командир эскадры оберст-лейтенант фон Бёст. Кроме того, там был и какой-то генерал, внимательно рассматривавши карту, висящую на стене. Фон Бёст сказал, что генерал (я забыл его фамилию) хочет поговорить со мной. Генерал показал пальцем точку на карте: "Мы полагаем, что русские атакуют там крупными силами. Вы думаете, что сможете взлететь в таких погодных условиях? Ваш командир говорит, что вы и ваш экипаж опытные летчики и сможете летать вслепую". "Да, герр генерал, мы можем взлететь", - ответил я.

Я получил приказ обратить внимание на все происходившее в том районе и вернуться с как можно более обширными данными Мы поднялись в воздух и взяли курс к Дону. Сначала мы летели только по приборам, по затем облака постепенно рассеялись и небо стало чистым. Повернув на юг, мы обнаружили, что советские войска пересекли Дон в нескольких местах и направляются к Сталинграду. Мы сразу же по радио доложили на командный пункт о количестве вражеских колонн, их численности и направлении движения. После пятого такого доклада мне стало ясно, что это никакая не перегруппировка сил противника, а что началось крупное наступление.

Фон Бёст отдал приказ, чтобы мы возвращались обратно. После того как мы приземлились, меня на автомобиле сразу же доставили на командный пункт. Генерал ждал моего отчета. Когда я рассказал о том, что мы видели своими собственными глазами, он пришел в ярость. "Вы что, сумасшедший?! Это неправда! Это невозможно!" Оберст-лейтенант фон Бёст сделал два шага вперед: "Герр генерал, если обер-фельдфебель Хафигхорст сообщает Вам, что там имеется крупное сосредоточение войск, то можете быть уверены, что так оно и есть". Генерал немного отошел: "Да, возможно, это итальянцы или венгры".

Когда я уходил, фон Бёст сказал мне, чтобы мы были готовы к новому вылету. Спустя полчаса наша группа взлетела, чтобы атаковать огромные колонны советских войск. Один самолет из нашей эскадрильи и по три из двух других были сбиты. Наш Не-111 неоднократно получал попадания, и потом механик насчитал в нем 151 отверстие. В течение следующих дней наша 5-я эскадрилья потеряла еще шесть самолетов, они были сбиты или списаны из-за огромных повреждений.

До 28 ноября мы непрерывно совершали налеты на советские войска в Сталинграде и вокруг него. Три или четыре боевых вылета в день были правилом. Мы атаковали противника, и противник атаковал пас. Много наших товарищей не вернулось из этого ада."

К этому времени все попытки танковых частей из группы армий "Дон" под командованием генерал-фельдмаршала Эриха фон Ман-штейна (Erich von Manstein)' прорвать снаружи кольцо окружения оказались безуспешными. И тогда остро встала проблема обеспечения окруженных частей продовольствием, боеприпасами и снаряжением. Это можно было сделать только по воздуху, и потому 29 ноября 1942 г. на аэродроме Морозовск, Ростовская обл., было создано 1-е авиационное транспортное командование ("ufttransportfuhrer 1) во главе с командиром KG55 оберегом Кюхлом. В него, кроме KG55, вошли KG27, III./KG4 майора Вернера Клосински (Werner Klosinski) и I./KG100 майора Пауля Клааса (Paul Claas).

Пробившись через огонь советской зенитной артиллерии, тяжелогруженные "Хейнкели" приземлялись на аэродроме Питомник западнее Сталинграда, а на обратном пути вывозили из окружения раненых. 6 декабря 1942 г. самолет Хафигхорста, также севший в Питомнике, уже был готов к обратному вылету, когда неожиданно получил приказ остаться там до следующего утра. На следующее утро в 06.00 в самолет снова были погружены раненые, а в 06.40 на аэродром прибыл начальник штаба группы армий "Дон" генерал-майор Фридрих Шульц (Friedrich Schuiz), и спустя пять минут "Хейнкель" поднялся в воздух. Хафигхорст вспоминал: "Позади пас появился советский истбитель, и экипаж открыл по нему огонь. Генерал повернулся ко мне и спросил: "Обер-фельдфебель, что это?" - "Атакуют вражеские истребители, герр генерал" Он кивнул и молча стал глядеть прямо вперед. В 07.39 мы совершили посадку в Морозовске. Шульц пожал нам и всем раненым на борту руки. Он сказал что "полет произвел на него глубокое впечатление" и, пожелав нам на прощание "Hals und Beinbruch" -, уехал.

14 декабря из-за густого тумана мы еще раз остались в Питомнике, проведя ночь в бункере на окраине аэродрома. Температуря воздуха была -24" С, и наутро мы с большим трудом запустили двигатели. Самолет был до предела забит ранеными. Мы и так уже превысили максимально допустимую взлетную массу, взяв двух дополнительных человек на борт. Оставшиеся умоляли взять и их, но мы были вынуждены отказать им. Это была ужасная картина, которая навсегда осталась в моей памяти".

Наступление советских войск продолжалось, и 20 декабря 1942 г. KG27 перелетела из Миллерово на аэродром Старобельск, расположенный в 120 км к северо-западу. А уже через несколько дней "Хейнкели" 1I./KG27 атаковали свой прежний аэродром в Миллерово, откуда теперь действовали советские самолеты.

С мая по август 1943 г. штаб эскадры, I. и II./KG27 базировались в Днепропетровске, III./KG27 - в Харькове, a IV./KG27 - на аэродроме Нейхаузен (Neuhausen) в районе Кенигсберга. 30 мая пилоты эскадры выполнили свой 35-тысячный боевой вылет.

На начало июля 1943 г. немецкое командование планировало крупное наступление южнее Курска, получившее кодовое наименование операция "Цитадель". Поэтому накануне наступления немецкие бомбардировщики получили приказ нанести удары по крупным индустриальным объектам в советском тылу.

Вечером 4 июня Не-111 из KG27 и KG55 поднялись в воздух и взяли курс на Горький (ныне г. Нижний Новгород). В 23.40 в городе была объявлена воздушная тревога, и вскоре на высоте 4000 - 6400 метров появились "Хейнкели". Пройдя над Кремлем, возвышающимся над местом слияния Оки и Волги и который даже ночью был прекрасным ориентиром, они повернули в сторону автозавода.

Первая волна Не-111 сбросила на завод осветительные и зажигательные бомбы, четко обозначив цель для последующих групп бомбардировщиков, которые уже несли мины ВМ1000, фугасные 70-кт бомбы, осколочные 50-кг бомбы и тяжелые зажигательные бомбы.

В результате налета на автозаводе были выведены из строя главный сборочный конвейер, цех шасси, рессорный цех и кузница " 3. В поселке автозавода были разрушены несколько жилых зданий и больница. Всего в ночь с 4 на 5 июля на завод и прилегающую территорию было сброшено около ста тяжелых бомб, при этом все "Хейнкели" вернулись обратно в Орёл.

В ночь с 5 на 6 июня Не-111 из KG27 и KG55 снова появились над Горьким. Несмотря на сильный зенитный огонь, бомбы легли точно в цель, и автозавод получил новые разрушения. Советских истребителей в воздухе в эту ночь, так же как и накануне, не было. И снова потерь среди бомбардировщиков не было.

В течение трех следующих ночей немецкие бомбардировщики не появлялись над Горьким, совершая налеты на Ярославль и Куйбышев (ныне Саратов). Так, в ночь с 8 на 9 июня "Хейнкели" 5./KG27 во главе с гауптманом Куртом Борманном (Kurt Bormann) участвовали в налете на шинный завод в Ярославле. Этот завод был главным изготовителем шин для шасси советских самолетов, и потому его бесперебойная работа имела большое значение. В результате было уничтожено два заводских цеха, и опять все бомбардировщики благополучно вернулись. В ту же ночь советские У-2 совершили налет на аэродром в Орле. По воспоминаниям Хафигхорста, кроме бомб, У-2 сбросили и листовки, на которых было написано: "Разрушители Горького! Мы уничтожим Вас!"

В ночь с 10 на 11 июня 1943 г. налеты на Горьковский автозавод возобновились. На этот раз бомбардировщики встретили огонь из тяжелых зенитных орудий уже на подходе к цели. Один Не-111 получил прямое попадание и, загоревшись, рухнул на землю. 13 июня во время очередного налета на автозавод в Горьком "Хейнкели" впервые встретились и с советскими истребителями. Хафигхорст вспоминал, что, как только они сбросили бомбы, бортстрелок и бортрадист одновременно сообщили о советском истребителе:

"Денц отвернул влево, истребитель проскочил мимо, и в этот момент по нему открыл огонь унтер-офицер Бласс. Подбитый самолет повернул в сторону. Откуда-то снизу у него вырвалась струя пламени, и, упав на землю, он взорвался. Это был второй советский истребитель, сбитый нами".

Не-111 из KG55 и KG27 еще дважды бомбили Горьковский автозавод - в ночь с 13 на 14 июня и в ночь с 22 на 23 июня. Всего с 5 по 22 июня 1943 г. на территории завода было разрушено 50 зданий и сооружений, более 9000 метров конвейеров и транспортеров, уничтожено 5900 единиц технологического оборудования, 28 мостовых кранов и 8 цеховых электроподстанций. Производственный цикл на заводе был нарушен, и, хотя восстановительные работы шли с самого первого дня, завод вышел на прежнюю мощность только через четыре месяца - 28 октября 1943 г.

25 ноября 1943 г. после 410 боевых вылетов фон Бёст был награжден Дубовыми Листьями к Рыцарскому Кресту (Nr.336). В декабре 1943 г. из-за тяжелого заболевания он был вынужден оставить пост командира KG27, на который вместо него был назначен майор Рудольф Киль (Rudolf Kiel). После выздоровления фон Бёсг служил в Генеральном штабе Люфтваффе. В мае 1945 г. он попал в плен американцам и был освобожден только в конце 1947 г.

В 1956 г. фон Бёст вступил в бундесвер. Он служил в штабе НАТО в Париже, а потом был военным и военно-воздушным атташе при посольстве ФРГ в Турции. 30 сентября 1971 г. с должности офицера связи при штабе американских ВВС в Европе оберст фон Бёст вышел в отставку.



Уголок неба. 2004  (Страница:     Дата модификации: )


 

  Реклама:



             Rambler's Top100 Rambler's Top100